Бабарико заявил об отсутствии прямого компромата на него

Главное
Виктор Бабарико. Скриншот видео

Претендент в кандидаты на должность президента и экс-глава «Белгазпромбанка» Виктор Бабарико заявил, что по закону никаких претензий к банку и связанным с ним компаниям быть не может, а все подвергнутые уголовному преследованию люди невиновны. Об этом он сказал сегодня на экстренной пресс-конференции. Также он ответил на вопросы журналистов.

Говоря о начавшихся обысках и уголовном деле, Бабарико отметил, что мог бы и воздержаться от подробных заявлений, если бы дело не касалось его друзей, с которыми связаны годы его жизни. Он заявил, что  связано с фразой Лукашенко о «ПриватЛизинге» и его обвинений в мошенничестве.

«Моя деятельность на посту председателя «Белгазпромбанка» в течение 20 лет не вызывала ни у кого никаких замечаний с точки зрения правоохранительных органов. БГПБ проходил за это время международные аудиты, аудиты беларусскими компаниями, подвергался анализу со стороны ревизионных компаний наших акционеров, проходил проверки Нацбанка. И последняя проверка, внеплановая и экстренная, была закончена в январе 2020 года. Ни одни из этих проверок не обнаруживали существенных замечаний к деятельности БГПБ, которые могли бы быть причиной таких действий сегодня по отношению в том числе и к сотрудникам банка.

В середине 2010-х, когда я на одном из приемов заявил «Жыве Беларусь!», кто помнит, я знаю, что компанию «ПриватЛизинг» тоже проверяли, долго и тщательно. Заходили ко мне и просили содействия. Я содействовал во всем. Результат — компания продолжала оставаться одним из крупнейших и уважаемых клиентов БГПБ.

Поэтому напрашивается вывод, что сегодняшние действия носят заказной политический характер. Я это не утверждаю, но это может быть. Это недопустимо. Потому что использование любого положения для давления противоречит законодательству Беларуси. Весь цинизм этого в том, что действия направлены не на меня. К тому, что они будут направлены на меня, я был готов. Но цинично направлять их на людей, «вина» которых состоит лишь в том, что они работали в организации, которой руководил я, являются моими друзьями. Я считаю это верхом человеческой непорядочности.

Поэтому я хотел бы перед ними извиниться и сказать, что они — лучшие, с кем мне довелось в жизни встречаться. Это относится в том числе к коллективу «Белгазпромбанка», его акционерам и руководителям.

Я хочу извиниться перед своими друзьями. Так уж им не повезло в жизни: друг детства принял решение выдвигаться на пост президента.

Я хотел бы обратиться и к правоохранительным органам, которые вынуждены выполнять эти действия. Я прошу их только об одном: соблюдайте законодательство нашей страны», — сказал Виктор Бабарико.

После этого он ответил на вопросы прессы.

Как компании, подвергнутые преследованию вместе с «Белгазпромбанком» («ПриватЛизинг», «Кентавр», «Кампари»), связаны с вами? 

Я не знаю точно все компании, где были обыски. Из того, что вы сказали, связь — то, что я бывший сотрудник «Белгазпромбанка», и эти компании — клиенты банка. Персонально я с ними никаким образом, и юридическим, не связан. Я знаю людей в этих компаниях, и все. То есть были деловые отношения, когда люди работали в БГПБ, были сотрудниками. Один из них был моим заместителем — наверное, можно говорить и о дружеских отношениях. Вот и все.

Зачем создавалась эта сеть компаний вокруг банка, в которую входят страховая, лизинговая, юридическая и другие компании?

Позиция БГПБ всегда была направлена на формирование аутсорсинговой деятельности в рамках несвойственных банку функций. Мы начинали развитие нашей сети проникновения договорами с «Белпочтой», развивали новые продукты и с компаниями, связанными с «ПриватЛизингом», у нас был аутсорсинг в части персонала. И я продолжаю считать, что политика выведения несвойственных функций на аутсорсинг была правильной. Результатом явилось то, что БГПБ являлся крупнейшим коммерческим банком страны, занимал 3-е место по своим активам.

Экосистемы создают все компании мира. Только у кого-то это дочерние структуры, а у кого-то партнерские. БГПБ пытался когда-то сделать внутреннюю экосистему, но было два ограничения.

Первое — по Банковскому кодексу, если банк имеет долю вроде бы больше 15%, то необходимо получать разрешение в Нацбанке, это процедура сложная. Второе — когда мы обращались к нашим акционерам (это было давно), мы хотели приобрести долю в компании «Кентавр» как банк. Акционеры сказали, что нет необходимости: и так деятельность «Белгазпромбанка» для «Газпрома» является непрофильной, и развивать непрофильную деятельность дальше они не планировали.

В результате эта экосистема образовалась как экосистема банка и его партнеров. Это не ново, так делают и в Беларуси, и в других странах.

Вы не боитесь, что давление будет оказываться и лично на вас?

Я в первую очередь и ожидал давления на меня лично. И из разных неподтвержденных и анонимных источников и была информация, что именно по мне будет нанесен первый удар. И то, что он нанесен не по мне, я думаю, означает одно: против меня лично нет ничего. Поэтому пытаются найти, наверно, какие-то другие истории.

А боюсь или не боюсь — я к этому готов.


Вы будете корректировать ход избирательной кампании?

Никаких корректив вносить не будем. Наши члены инициативной группы сказали, что выйдут и будут еще активнее работать по сбору подписей. Так уж получается, что любые действия против нас вызывают обратный эффект. Они стимулируют людей голосовать за изменения и требовать этих изменений.

У вас есть план на случай, если вас не зарегистрируют кандидатом?

Лидеры страны вчера сказали: по неформальным причинам отказа не будет. Как я понимаю, была команда. То есть нет никаких вариантов отбросить нас просто без всяких объяснений. Я думаю, что у нас все получится.

Что касается формальных причин. Судя по всему, все поняли, что нарушения найти у нас невозможно. И вот тогда, на мой взгляд, предпринимается попытка убрать лицо кампании или отвести внимание. Так что я думаю, никаких вариантов нерегистрации нет, потому что нет никаких формальных и неформальных причин этого не сделать.

Если это произойдет, то даже сегодняшние действия власти покажутся чуть-чуть сильнее. Представьте, расписаться в бессилии таком, что даже не выйти на поле борьбы! И вы хотите сказать, что останется представление, что выборы в Беларуси имеют легитимность? Не верю.

Не было прецедента за 26 лет, чтобы кандидат, собравший 100 тысяч подписей, не был зарегистрирован. Мне говорили, что в 2015-м году что-то такое было, но это реальный фейк (имеются в виду слухи о том, якобы Татьяна Короткевич не собрала 100 тысяч подписей и сдала поддельные, но ЦИК закрыл на это глаза — прим. Reform.by).

Поэтому я считаю, что нерегистрация нашей группы (кандидата — прим.) — это просто позор. Это признание того, что рейтинги, публикуемые в независимых изданиях, правильные. На это, я считаю, власть не пойдет.

Сколько у вас на сегодня подписей?

Точно больше 300 тысяч. И выверено идеально, верифицировано подписей уже больше 100 тысяч. То есть они прошли процедуру начиная от почерковедческой проверки и заканчивая электронным сшиванием копий всей базы. Там невозможно будет ничего с ней сделать. И эта база будет намного превышать 100 тысяч. Мы уже сегодня собирались сдавать проверенные листы в окружные избирательные комиссии.

Вы рассматриваете возможность объединения с другими политическими силами?

Мы сторонники любых объединений при двух условиях. Первое — у нас должны совпадать цели, мы должны понимать, что объединяемся с понятными целями. Потому что есть кандидаты, которые призывают к срыву выборов — нет, мы пойдем на выборы. Второе — должно совпадать хотя бы видение движения. Я готов к объединению с любыми кандидатами, которые отвечают этим условиям.

Некоторые кандидаты призывают выйти в воскресенье на пикет солидарности против противоправных действий властей. Какие будут действия вашего штаба?

Особенность нашего штаба — краудсорсинг. Мы еще даже ничего не предприняли, а члены группы сказали, мол, мы ударим по беззаконию пламенным трудом. Они не собирались активно выставляться сейчас, но теперь сказали: мы пойдем. И я знаю, что до 15 июня — а мы поставили срок активного сбора подписей до 15 июня — они все будут на пикетах и будут продолжать собирать. Это их инициатива, я им очень благодарен.

Мы не планируем массовых мероприятий сейчас. Мы не планируем пока митингов. Но после регистрации у нас появится намного больше возможностей проводить агитационные мероприятия, и тогда я не исключаю какие-то акции.

Прокомментируйте заявление другого кандидата в кандидаты, что в частных компаниях увольняют людей, не подписавшихся за альтернативных кандидатов.

Мы очень рады, что и этот кандидат присоединился к нашей инициативе «За честные выборы». Она как раз и подразумевала необходимость указывать на все недостатки и нарушения. Поэтому огромная просьба, если кто-то знает о нарушениях, кого бы они ни касались, — сообщайте или в наш штаб, или в инициативу «Честные люди», которая возникла вне наших рамок. Что касается членов нашей инициативной группы — мы изначально им сообщали, что запрещено использовать административный ресурс или принуждение, и вчера еще дополнительно попросили об этом.

Прокомментируйте роль латвийских компаний, которые фигурируют среди фирм — контрагентов «Белгазпромбанка».

С учетом того, что я ничего не знаю и никого не знаю из латвийских компаний, я не могу ничего прокомментировать.

Вы использовали служебное положение в «Белгазпромбанке», чтобы присваивать деньги?


Знаете, в «Белгазпромбанке» были достаточно большие зарплаты, чтобы вся страна их обсуждала и банкиров называли «жирными котами». У меня было достаточно денег, чтобы построить тот дом, в котором я живу, ездить на тех машинах, на которых я езжу. И для этого не нужно было использовать или злоупотреблять служебным положением. Для этого нужно было просто честно трудиться на посту председателя крупнейшего коммерческого банка страны.

Вы готовы это подтвердить на полиграфе (детекторе лжи — прим.)?

Готов подтверить декларацией о доходах. Полиграф для меня странная история, о нем разные мнения. Но если нужно будет это сделать в рамках законодательсвта — да, готов.

В чьей собственности предметы искусства, которые выкупал «Белгазпромбанк», когда вы были его председателем?

Они стоят на балансе «Белгазпромбанка».

Вы считаете, власть ограничится сегодняшними действиями? Или ожидаете дальнейших?

Для меня было за гранью, когда прозвучали призывы и угрозы, слова о возможности расстрелов и кровопролития. А сейчас вот эти действия, к сожалению, показывают, что граница закона переступлена, рубикон перейден. И поэтому любые действия и любые провокации я уже допускаю. Единственное, что я продолжаю не допускать, — это физическое насилие и физическое устранение. Как против меня, так и сотрудников штаба, компаний и т.д. Я до сих пор в это не верю.

Вы теперь признаете наличие репрессий со стороны власти в отношении политических оппонентов?

Да, это странный процесс. И высока вероятность того, что он продиктован именно политическими мотивами. Я не думаю, что это провокация. Если правы вы и большая часть беларусского народа, что это в политической плоскости лежит, то это классическое злоупотребление служебным положением в пользу одного из кандидатов в президенты.

Но действия пока не носят репрессивного характера, не наказан ни один человек, вовлеченный в этот процесс. Я имею в виду под репрессиями совершенные действия, приведшие к последствиям. Наказания и т.д. На сегодня пострадавших по закону нет. Если говорить о репрессиях как о запугивании людей и препятствовании ведению компании, задержаниях, допросах — конечно, да, они есть.

То, что происходит с Сергеем Тихановским, — это не репрессии?

Тихановский на сегодня невиновен. Это мое абсолютное мнение. Человек, вина которого не доказана судом, является невиновным. Есть ошибки, когда задерживают невиновных, разбираются и отпускают. Если они совершили противоправное действие — задержали невиновного и не доказали — нужно возбуждать уголовное дело против незаконных действий властей.

Напомним, обыски в «Белгазпромбанке» начались утром 11 июня. Департамент финансовых расследований Госконтроля возбудил уголовное дело об уклонении от уплаты налогов и легализации преступных доходов. По нему проходят представители коммерческих структур, бывшие и действующие работники «Белгазпромбанка». Обыски также были проведены в компании «ПриватЛизинг», в страховой компании «Кентавр» и ООО «Кампари» (занимается производством средств гигиены, директор входит в инициативную группу Бабарико).

Политик уже назвал действия властей ошибочными и заявил, что все равно продолжит борьбу.

Виктор Бабарико был председателем «Белгазпромбанка» более 20 лет. Он ушел с должности в тот же день, когда объявил о своем участии в президентских выборах. Судя по онлайн-опросам на различных сайтах и количеству собранных подписей, он является наиболее популярным среди потенциальных кандидатов, альтернативных действующей власти.

В последнее время президент Беларуси и также претендент в кандидаты Александр Лукашенко не раз намекал на то, что Виктор Бабарико получает деньги на избирательную кампанию из России, и даже обвинил его в мошенничестве: «Задайте один вопрос: что такое «ПриватЛизинг»? Второй вопрос: где деньги держит, которые мошенническим образом получил в Беларуси?» — сказал Лукашенко 4 июня. Бабарико на это ответил: «Компания «ПриватЛизинг» – давний клиент «Белгазпромбанка». Компания «ПриватЛизинг» имеет структуру владения, в которую входят, если я не ошибаюсь, два или три бывших сотрудника «Белгазпромбанка». 

Кроме того, 10 июня Александр Лукашенко заявил, что некие частные компании увольняют работников, которые отказались поставить подпись за неких альтернативных кандидатов. Он потребовал провести проверки и сказал, что «надо этих буржуев привести в чувство».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Последние новости


🔥 Подпишитесь на наш Telegram-канал. Только авторские статьи!

REFORM.by


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: