Между 1994 и 2020

Мнение
Photo by CHRISTOPHE SIMON,JOEL ROBINE/AFP via Getty Images

Драматург и художественный руководитель Свободного театра Николай Халезин снова с нами со своей традиционной колонкой в рубрике «Мнение». Вас ждет текст о выборах, кандидатах, переменах и вот этом вот всем. Enjoy!

Ситуация вокруг президентских выборов выглядит крайне любопытно, если смотреть на нее не изнутри, проживая каждое событие в качестве прямого очевидца, а наблюдая ее «взглядом историка». В нынешних выборах просто и понятно все, за исключением одного – чем все закончится. И этим нынешние выборы отличаются от всех предыдущих, происходящих в Беларуси за последние четверть века. Хотя, следует оговориться, что с одними выборами очевидное сходство есть – с самыми первыми, на которых единственный раз и был честно избран Александр Лукашенко.

Диспозиция

Не нужно быть дипломированным политологом, чтобы коротко сформулировать общую предвыборную картину: Виктор Бабарико идет во власть на фоне Сергея Тихановского, Валерия Цепкало и нераспознаваемой массовки. Если же попытаться сформулировать в схожем ключе выборы 1994 года, то можно было бы применить формулировку «Александр Лукашенко идет во власть на фоне Зенона Позняка и Станислава Шушкевича». Только на первых выборах соискателю противостоял Вячеслав Кебич, а на нынешних – Александр Лукашенко. Как завершились те выборы мы хорошо помним: команда премьер-министра Кебича пыталась шельмовать трех ведущих соискателей, но в итоге команда депутата Лукашенко смогла обыграть неповоротливую государственную чиновную машину несколькими небанальными, по тем временам, ходами.

Приблизительно то же самое происходит и сейчас: в «Белгазпромбанк», который до недавнего времени возглавлял Бабарико, приходят сотрудники Департамента финансовых расследований; штабом Цепкало «интересуется» Госконтроль, а Тихановский и вовсе посажен в СИЗО по надуманным обвинениям. И все это лишь на фазе сбора подписей. Очевидно, что Лукашенко нервничает, и для этого есть поводы.

Главный из них – активность избирателей в регионах. Она была и во время первых президентских выборов, но сравнивать эти ситуации совершенно некорректно: тогда на людей не оказывалось практически никакого прессинга, в отличие от сегодняшней избирательной кампании, когда любого человека, ставшего доверенным лицом кандидата, могут запросто уволить с работы или посадить по административному делу. Но и тогда невозможно было представить себе километровые очереди к сборщикам подписей в областных центрах или хоть на какую-то серьезную активность в районных центрах, схожую с сегодняшней.

Еще один повод нервничать для нынешней власти – неизвестность. Лукашенко не понимает какую стратегию выстраивает Бабарико. Да, только о Бабарико сегодня может идти речь. Тихановский в тюрьме точно добудет до поствыборного периода, а Цепкало если и является очевидным кандидатом в президенты для части IT-собщества, то для Лукашенко никоим образом. Он прекрасно знает Валерия еще по тому периоду, когда перекупал его из команды Шушкевича в свою накануне выборов 1994 года. И прекрасно знает, что к радикальному противостоянию с властью Цепкало не готов ни эмоционально, ни ресурсно.

Стратегия

Так вот о неизвестности. Бабарико для оппозиционного поля человек новый, но динамично захватывающий не только практически все его сегменты, но и расширяя протестное поле за счет совершенно новых игроков. Собрать под свои знамена больше десятка тысяч сборщиков подписей в течение одной недели до сих пор не удавалось никому за все президентские кампании. Это не просто настораживает лукашенковский штаб, а сеет сомнения: может быть Бабарико знает что-то, о чем не подозревает команда действующего президента? Это же сомнение есть и у обычного избирателя: ведь почему-то пошел на противостояние с авторитарной властью успешный банкир, карьера которого для большинства беларусов является неосуществимой мечтой? И почему-то, с первого появления, все признали его очевидным лидером президентской гонки?

Любопытно то, что Александр Лукашенко думает так же, как и обычный избиратель – почему?

Исходные данные у Бабарико на самом деле отличные.

Образование: Одна из минских школ; мехмат БГУ; Академия управления при Кабинете министров; магистратура Экономического университета.

Карьера: НПО порошковой металлургии, откуда ушел с должности начальника отдела внешних экономических связей; банк «Олимп», позже преобразованный в «Белгазпромбанк».

Общественная деятельность: учредил благотворительный фонд помощи детям «Шанс»; профинансировал издание собрания сочинений Светланы Алексиевич и передал библиотекам; содействовал возвращению подлинника Библии Франциска Скорины в Беларусь, картин Шагала, Бакста и Сутина.

Награды: диплом ЮНЕСКО «за большой вклад в развитие интернациональных культурных связей»; почетное звание «Меценат культуры Беларуси»; лучший управляющий 2016 года и топ-менеджер 2018 года по версии банковской премии «Банк года».

Что ни строка – все в копилку будущего президентства. Добавить к этому уважение со стороны чиновничества и предпринимателей. Плюс, «народная» внешность и позитивное мировоззрение. Сложно признать, что Виктор Бабарико не идеальная кандидатура на должность главы государства.

Собственно, стратегия Бабарико – это «признание». Признание его заслуг обществом; признание электоратом, что он хорош для этой должности; признание того факта, что пора срочно менять ситуацию и курс страны; признание избирателями перед самими собой, что все эти долгие годы малодушничали и позволяли процветать авторитаризму и коррупции.

Тактика

Пожалуй, это и есть тот пункт, прогнозировать который сегодня невозможно, и который приводит к проблемному вопросу: чем все завершится?

Когда оппоненты Виктора Бабарико утверждают, что в политике он неофит, и мало что понимает в избирательных процессах в условиях диктатуры, они лукавят. Во-первых, не с неба упал Бабарико в Беларусь, а мог воочию наблюдать все избирательные процессы и даже участвовать в них, не выходя из тени. А во-вторых, на мой взгляд, не велика печаль не знать двадцатипятилетний отрицательный опыт, в котором если и были победы, то скорее у структур гражданского общества, нежели у оппозиционных политических структур. Которые, к слову, оказались в нынешней президентской кампании абсолютно вне игры.

Очевидно, что власть попытается навязать свою модель в этой избирательной гонке, и арсенал вариантов у нее богат: не принять подписи; сочинить уголовное дело по экономической статье; снять за нарушения правил финансирования избирательной кампании; в конце концов, просто объявить цифры «с потолка», как это всегда и делалось. И все эти варианты для соискателя высшего государственного поста проигрышны, поскольку он вынужден будет лишь реагировать и оправдываться.

Единственный победный алгоритм для Бабарики – навязать свою игру. Не рассматривать варианты «что я сделаю, если подписи не зарегистрируют» или «как вести себя, если зарегистрируют» – делать так, чтобы у властных структур не было варианта не принять или не зарегистрировать. И тут тоже алгоритмов практически безграничное количество. Вряд ли стоит описывать их в подобном материале, но стоит просто посмотреть на историю Центральной и Восточной Европы за все тот же период новейшей истории.

Вариантов перехода от авторитарной власти к демократической было много, и разброс алгоритмов огромен: от медленной долгосрочной эволюционной передачи в Венгрии в конце 80-х, до революционного переворота в Сербии в 2000 году или вооруженного противостояния в Румынии в 1989 году. И если в 80-х трансформационные процессы стартовали с забастовок или каких-то иных поводов, то затем практически все «точки бифуркации» приходились на выборы, и никогда алгоритмы перехода власти не повторялись. Поэтому следует обращаться скорее не к отрицательному беларусскому опыту, а к опыту европейскому, где можно найти гораздо больше вариантов давления на власть, чтобы добиться максимально прозрачной процедуры выборов.


P.S.

Доводилось общаться со многими европейскими политиками, которые пришли к власти через противостояние с авторитарной властью, и все они были единодушны в одном – каждый из них говорил одну и ту же фразу: «Еще за месяц до изменений в них не верил практически никто в стране». Мне кажется, что можно не верить, что изменения возможны, но нужно для начала нам всем хотя бы допустить эту мысль.

***

Мнение и оценки автора материала могут не совпадать с мнением  редакции Reform.by.

***

Понравился материал? Успей обсудить его в комментах паблика Reform.by на Facebook, пока все наши там. Присоединяйся бесплатно к самой быстрорастущей группе реформаторов в Беларуси!

🔥 Подпишитесь на нашу страницу в Facebook. Там весело!

Оцените статью
REFORM.by