«Пра гэта трэба крычаць». Дашкевич рассказал об условиях в карцере на Окрестина

Новости
Дмитрий Дашкевич. Фото из Facebook

Вечером в понедельник, 9 ноября, на свободу после 15 суток административного ареста вышел общественный деятель, предприниматель Дмитрий Дашкевич. Первые трое суток он провел в карцере ЦИП на Окрестина, потом был переведен в Барановичи. Как рассказал активист «Нашей ниве», условия в карцере можно приравнивать к пыткам.

Дмитрий Дашкевич с супругой Анастасией после освобождения. Фото из Facebook, Юрий Сидун

Дашкевич был задержан в воскресенье, 25 октября, после марша, когда он вышел из «Макдональдса» на Немиге. По его словам, задержание было целенаправленным: схватив его, силовики по телефону сообщили, что «задача выполнена». В тот же вечер его привезли в Центр изоляции правонарушителей на Окрестина — сначала в обычную камеру, но как только он лег спать, подняли и перевели в «бетонную клетку».

«Статус гэтай клеткі вызначыць вельмі складана — гэта не ізалятар і карцар. І ў ізалятары, і ў карцары на ноч павінны адкідвацца нары, ёсць заўсёды вада. А гэта была самая звычайная катоўня. Я думаў, што пасля пяці гадоў турэмнага досведу мяне няма чым здзівіць, але я афігеў, калі гэта ўбачыў. Пра гэта трэба крычаць», — рассказывает Дмитрий Дашкевич.

В камере на тот момент уже 13 суток находился полковник милиции в отставке, экс-глава ГАИ Минской области Сергей Масловский (потом ему дали еще 15 суток). Попав в такие условия, он начал голодать, в итоге попал в больницу с высоким давлением и подозрением на инсульт. В соседней камере был уволившийся из милиции в августе капитан Дмитрий Кулаковский.

По словам Дашкевича, им не передавали передачи от родных, даже зубные щетки и таблетки, у них почти не было воды, спать приходилось на голом полу, в душ заключенных не водили.

«Гэта камера прыблізна 1,6*2*3 метра, там ёсць нары, якія адкідваюцца, але іх не адкідваюць. Там адмыслова адключылі ваду, схапіў у каго страўнік, ты схадзіў у прыбіральню і змыць ніяк не можаш. Калі груба, каб разумелі, то трэба зайсці ў прыбіральню, апаражніцца, не змыць і легчы побач спаць на кафлю — гэта прыблізна тое, што адпавядае таму памяшканню. Калі ты адзін, то прасцей не есці, каб не хадзіць у прыбіральню, калі вас двое і вы паелі — то гэта шакуючае відовішча. Вады вельмі цяжка дапрасіцца», — описывает Дашкевич.

По его словам, в таких условиях, особенно если бы не начался отопительный сезон, «проста здохнуць можна праз месяц».

«Яны прэсуюць былую міліцыю, іх не выпускаюць, дакідваюць новыя суткі, пішуць новую лажу. … Мне палкоўнік расказваў, што ў тую катоўню закідвалі на дзень паэта Дзмітрыя Строцава, трэнера па кікбокісінгу Юрыя Булата, у іх ёсць спіс, каго туды кідаць. Я пасядзеў там трое сутак, але мо жонка за мяне заступалася, мо грамадскасць пачула, але на ноч перад этапам мяне закінулі ў нармальную камеру, дзе зноў сустрэў гэтага палкоўніка Маслоўскага, яму зноў накінулі 15 сутак», — вспоминает Дашкевич.

В Барановичах, говорит он, условия лучше, но камеры переполнены, очень много больных, старое здание, повышенная влажность. По его словам, персонал изолятора там более человечный, но «из Минска их постоянно прессуют», особенно после того, как освободившиеся упоминают неплохие условия барановичского изолятора в прессе.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Последние новости


🔥 Подпишитесь на нас в Google News, Яндекс.Новости или в Дзен.

REFORM.by


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: