Фото: Alexandr Bormotin, unsplash.com
in , ,

NYT: Рубеж в $1 трлн. для Apple отражает взлет мегакомпаний

Рыночная стоимость Apple преодолела порог в $1 трлн., демонстрирующий, как небольшая группа огромных компаний стала доминировать в экономике США.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Это событие – результат невероятной истории успеха. За 21 год компьютерная фирма на грани банкротства выросла в компанию с самой высокой рыночной стоимостью в США, уводя отрасль высоких технологий от больших неуклюжих машин к самым популярным продуктам в мире – iMac, iPod и iPhone, пишет The New York Times.


Но успех Apple также показывает, как группа огромных компаний стала доминировать в американской экономике. Сегодня большая доля корпоративных доходов приходится на небольшую группу компаний.

Влияние этого феномена на фондовые рынки очевидно – такие компании, как Apple, Amazon, Facebook и Google, способствуют повышению стоимости акций. Да и в целом их успех положительно влияет на экономику, демонстрирующую самый быстрый рост за последние 10 лет.

Но экономисты начинают изучать, влияет ли взлет так называемых фирм-суперзвезд на низкий рост зарплат, сокращающийся средний класс и увеличивающуюся разницу в доходах в США. Некоторые законодатели требуют более жесткого регулирования этих мегакомпаний из-за огромного социального и политического влияния, которое они оказывают.

За последние несколько десятков лет произошел заметный сдвиг в распределении корпоративных доходов американских компаний. В 1975 году половина дохода всех компаний на бирже принадлежала 109 фирмам, тогда как сегодня большую часть дохода получают 30 компаний.

Во вторник Apple отчиталась о доходе за прошлый квартал – $11,52 млрд., что на треть выше, чем за тот же период в прошлом году. Отчет привел к росту акций, которые в четверг поднялись до $207,9.

Разница между стоимостью производства и продажей продуктов сегодня самая большая с 1950-х, согласно экономическим исследованиям. Индекс Херфиндаля-Хиршмана, формула для анализа корпоративных слияний, показывает, что с 1980-х более трех четвертей всех отраслей в США стали более концентрированными.

Многие экономисты согласны, что тренд на корпоративную концентрацию существует и может продолжаться еще долгое время. Консолидация особенно заметно в сфере высоких технологий, где группа крупных эффективных компаний главенствует в самом быстрорастущем секторе американской экономики.

Появление iPhone в 2007 году быстро изменило взаимодействие общества с технологиями. С тех пор было продано более 1,4 миллиарда устройств.

Вместе Apple и Google производят софт для 99% всех смартфонов. 59 центов от каждого доллара, потраченного на онлайн-рекламу в США, идут Facebook и Google. Amazon господствует в сфере интернет-продаж и быстро растет в сферах стриминга, музыки и видео.

Этот тренд не ограничивается технологиями.

Сегодня почти половина всех активов в американской финансовой системе контролируется пятью банками. В конце 1990-х пять крупнейших банков контролировали чуть боле чем одну пятую рынка. За последние 10 лет шесть крупных авиаперевозчиков в США слились в три. Четыре компании контролируют 98% американского рынка беспроводной связи, и их число может сократиться до трех, если T-Mobile и Sprint получат разрешение на объединение.

Консолидация приносит прибыль. В этом году на пять технологических компаний – Facebook, Apple, Amazon, Netflix и Alphabet, родительскую компанию Google, – приходится почти половина индекса S&P 500. Apple – пока единственная компания с рыночной стоимостью более 1 триллиона, но ей на пятки уже наступает Amazon, который сегодня оценивается в более чем $880 миллиардов.

Это хорошо, пока есть доход, но если акции технологических компаний начнут падать, тяжело придется всему рынку. Что касается рынка труда, экономисты связывают корпоративную консолидацию с растущей разницей в доходах и снижением благосостояния рабочих. Доля заработной платы в экономике падает в США и других странах с 1990-х, что совпадает с трендом на корпоративную консолидацию. Это падение наиболее выражено в отраслях с большей консолидацией.

У экономистов разные точки зрения на причины и следствия. Некоторые говорят, что компании вроде Apple, Amazon и Google много потратили на завоевание лидирующих позиций на рынке, поэтому сейчас могут получать огромные прибыли при небольших затратах на оплату труда.

Другие утверждают, что чем меньше число компаний в отрасли, тем ниже конкуренция за сотрудников и, следовательно, меньше причин поднимать зарплаты. Это особенно касается отраслей, где задействованы узкоспециализированные работники, так как им сложнее найти другую работу с лучшей зарплатой. Некоторые компании договариваются не переманивать сотрудников друг у друга, чтобы не повышать зарплаты, или запрещают работникам переходить на работу к конкурентам.

Некоторые экономисты с более левыми взглядами идут еще дальше, утверждая, что корпоративная сила ведет к слабому контролю за применением антимонопольного законодательства и снижающемуся числу профсоюзов. В этом случае компании не только получают большие доходы, но и не собираются делиться ими с работниками.

Хотя компании обычно становятся сильнее по мере своего роста, это не делает их неуязвимыми. Наоборот, они могут чувствовать себя более беззащитными перед нападками политиков и регуляторов. Это особенно заметно сейчас, когда популизм набирает обороты как среди левых, так и среди правых. Те же самые компании, которые собирают большую часть корпоративных доходов, находятся под прицелам правительств по всему миру.


  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  


Павел Казанецкий: Включение Беларуси в состав России — это реальная опасность

Гендиректор New York Times против ранжирования СМИ в Facebook